1in.am  Бывший высокопоставленный дипломат США, сопредседатель Минской группы ОБСЕ Филип Рикер предлагает рассматривать Южный Кавказ и Центральную Азию как одно взаимосвязанное мировое экономическое пространство. Его акценты три: суверенитет, связанность и экономическое развитие вокруг транспортных коридоров. Самая важная мысль здесь — переосмысление роли дороги. Ценность коридора определяется не только потоком грузов, но и той экономикой, которая формируется вокруг него — инвестициями, производством, услугами и новыми экономическими центрами.

 

Рикер сегодня не является официальным лицом, однако его предложенный подход совпадает с уже формирующейся в регионе более широкой политикой. Соглашения Вашингтона от 8 августа 2025 года вывели развитие региональных коммуникаций за рамки простого транзита и поставили его в более широкий экономический контекст — наряду с торговлей, энергетикой, инфраструктурой и технологическим развитием. Та же логика была заложена в западных программах гораздо раньше. Транспортные связи рассматривались не только как средство передвижения, но и как основа экономического развития — для нового производства, цифровой инфраструктуры, зеленой энергии и привлечения частного капитала.

 

Значение региона постепенно меняется. Южный Кавказ начинает восприниматься как новая экономическая территория, ценность которой формируется производством, инвестициями, услугами и новыми бизнес-связями, создаваемыми вокруг дорог.

 

Это представление придает Южному Кавказу новую экономическую роль. Регион долгое время воспринимался в основном как транзитный путь для энергетических ресурсов и грузов. Теперь он может стать узлом для производства, логистики, инвестиций и региональных цепочек создания стоимости. Важно уже не только объем проходящих грузов, но и та экономическая деятельность, которая остается в регионе — в виде новых предприятий, услуг, капитала и рабочих мест.

 

Железная дорога сама по себе не обеспечивает экономического развития. Ее ценность возрастает вместе с логистическими центрами, промышленными зонами, энергетической и цифровой инфраструктурой, эффективной таможенной системой, финансовыми услугами и инвестициями. Во всей этой системе дорога становится опорой экономического роста.

 

Последняя оценка Всемирного банка показывает масштаб этой возможности. Необходимые инвестиции и реформы вокруг Транскаспийского коридора могут более чем утроить объем торговли, сократить время транспортировки на половину, увеличить валовой продукт стран коридора примерно на 3,3 процента и создать около двух миллионов новых рабочих мест к 2040 году. В эту экономическую зону также входит Армения.

 

Основное послание речи Рикера для Армении таково. Значение TRIPP не ограничивается созданием транспортной связи. Вся его ценность будет реализована в том случае, если вокруг него в Сюнике сформируется новая экономическая среда — производство, логистика, энергетическая и цифровая инфраструктуры, переработка и экспортные связи.

 

В этом случае юг Армении может получить новое мировое экономическое значение. Сюник станет частью экономической цепочки, связывающей Центральную Азию, Каспийский регион и европейские рынки. Это повысит важность Армении и для инвесторов, сделав страну не только транзитным путем, но и платформой для нового производства, логистики и размещения капитала.

 

Для маленького государства разница принципиальна. Транзит оставляет ограниченный доход, в то время как производственный и логистический узел удерживает капитал, технологии, услуги и рабочие места в стране. Реальная экономическая ценность дороги создается тогда, когда вокруг нее формируются предприятия, новые бизнесы и долгосрочная экономическая жизнь.

 

Этот вопрос также касается суверенитета. Разнообразие рынков, дорог и инвестиционных источников дает государству больше возможностей выбора. Для Армении новые коммуникации именно по этой причине не являются лишь экономическим проектом. Они могут снизить зависимость от одного направления, расширить внешние связи и увеличить политическую самостоятельность страны.

 

Растущее значение Центральной Азии придает этому процессу еще больший вес. Казахстан, Узбекистан и другие страны региона стремятся диверсифицировать экспортные пути и получить более прямые связи с западными рынками. Европа увеличивает интерес к Транскаспийским маршрутам, Турция развивает свою инфраструктуру, чтобы стать важным западным узлом этих потоков, а Азербайджан углубляет экономические связи с другими странами Каспийского моря. В рамках регионального форума CAMCA — Центральная Азия-Монголия-Кавказ-Афганистан уже обсуждается цель увеличить торговлю между Азербайджаном и Центральной Азией до 20 миллиардов долларов и развивать совместные производственные проекты. Все это показывает, что территория, простирающаяся от Каспийского моря до Южного Кавказа, постепенно формируется как более широкая экономическая цепочка, и вопрос Армении уже заключается в том, чтобы занять свое место в этой цепочке.

 

Армении в этом процессе необходима собственная экономическая повестка. Успех TRIPP не должен измеряться только первым поездом или объемом транзитных грузов. Более важно то, что останется в Армении — рабочие места, созданные в Сюнике, новые предприятия, логистические и производственные мощности, энергетическая и цифровая инфраструктуры, частный капитал и выход армянской продукции на рынки Центральной Азии. Реальная ценность проекта станет очевидной тогда, когда дорога начнет увеличивать собственную экономику Армении.

 

Эта логика придает новое значение и миру. Открытые границы и коммуникации создают экономическую ценность, когда за ними следуют инвестиции, производственные связи и взаимные интересы. Такая экономика дает миру более прочную основу для мира. Дорога здесь — только первый шаг: долгосрочная стабильность формируется экономическими связями, которые со временем усложняют возвращение к конфликту.

 

На протяжении веков Армения находилась на путях, соединяющих Восток и Запад. География часто считалась преимуществом, иногда становилась причиной соперничества великих держав. На этот раз проблема заключается в способности использовать географию.

 

Возможность Армении заключается в том, чтобы стать экономическим узлом, а не просто страной транзита. Стратегическая ценность TRIPP заключается именно в этом. Транзитный груз дает ограниченный доход, в то время как производственные мощности, капитал, технологии и рабочие места, созданные в Армении, формируют долгосрочный экономический потенциал. Успех проекта следует измерять именно этим результатом.