Сергей Шакарянц, 20 февраля 2018, 08:39 — REGNUM Интенсивные переговоры между курдскими ополченцами Африна в лице их командования «Отрядами народной самообороны» (YPG) и центральным правительством Сирии, которые, видимо, начались еще в первые дни турецкой агрессии под названием «Оливковая ветвь», дали неожиданный результат. Впервые о том, что курды Африна и Дамаск достигли все-таки соглашения и вскоре в Африн вступят некие сирийские силы, было сообщено не 18 февраля, а двумя днями раньше. 16 февраля появилось такое сообщение: «По сведениям ливанского телеканала Al Mayadeen, договоренность между Асадом и правительством Африна достигнута. Район будет занят сирийскими войсками». Почему об этом первым сообщил именно ливанский телеканал, станет понятно чуть позже. Хотя известно, что курды в немалом количестве проживают и в Ливане, что именно в ливанской долине Бекаа десятилетия напролет находятся главные базы Курдской рабочей партии (PKK), якобы из-за которой Турция развязала агрессию против Африна, и т.д., и т.п. Так что вполне достоверным выглядит версия, что изначально переговоры между властями Сирии и курдами Африна были намечены именно в Бейруте — благо, что в итоге и курды PKK прибыли в Африн на выручку своим соплеменникам. Не раз и не два различными экспертами указывалось, что, наслушавшись обещаний от США и Израиля, курды регионов Рожава, Джазира и Африн оказались между двух огней. Анкара им спуску не дает, а американцы показали себя не лучшими союзниками. Имея все рычаги, чтобы предотвратить турецкое нападение, американцы на деле признали право Турции «защищать себя от терроризма», хотя те же отряды YPG — союзники американцев по так называемому «Союзу демократических сил» (SDF) Сирии и составляют основу вооруженных формирований SDF. В итоге, как известно, американцы запретили бойцам других отрядов YPG — в особенности из местностей, которые в Сирии контролируются американцами и курдами совместно (а это и Эль-Камышлы, и частично Эль-Хассеке, и Манбидж, и Эр-Ракка, и др.) идти на помощь афринским курдам. Но, признавая вслед за Анкарой партию PKK «террористической организацией», США ни одного решения никогда не принимали о том, что участвующая в обороне Африна курдская партия «Демократического союза» (PYD) — это, как выражаются турки, «аффилированная структура PKK». И то, что американцы «слили» Африн, а заодно и курдов из YPG и PYD, не вызывало сомнений с самого начала даже не операции «Оливковая ветвь», а предварительных турецких ракетных и артобстрелов Африна. Каким образом нетеррористы-курды из сирийских YPG и PYD подходят под определение «террористическая организация PKK» — тут, видимо, следует допросить с пристрастием тех американских и израильских «советников» и «инструкторов», которые обучали курдские пешмерга отмеченных организаций методам борьбы с группировками типа «Исламское государство» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), «Джебхат ан-Нусра», «Джеиш аль-Ислам» и др. В конце января советник руководства курдской партии PYD Сиханок Дибо сообщал, что Россия предлагала проамериканским курдам из SDF сдать район Африн правительственным силам Башара аль-Асада для предотвращения турецкой агрессии. По словам Дибо, курдов это не устроило, поскольку оно «никак не способствует решению сирийского конфликта». О том, что Россия предлагала курдам Африна перейти под контроль Дамаска, чтобы защититься от Турции, также сообщало и агентство Associated Press со ссылкой на трех представителей курдских YPG. Советник «регионального правительства Африна» Бадран Чия Курд рассказал тогда агентству, что требования Москвы носили ультимативный характер: либо Турция начнет военную операцию, либо надо передать Африн Дамаску. Первым опомнился сам лидер партии PYD Салех аль-Муслим, который в конце января откровенно обвинил США в предательстве. И это несмотря на то, что главком отрядами YPG Сипан Хемо через 2 дня после начала турецкой агрессии назвал Россию «беспринципным государством» за ее позицию в отношении турецкого вторжения: «У нас были некоторые договоренности с Россией, но она нас предала, проигнорировав эти соглашения. Россия — страна-торговец. Видимо, они заключили какие-то соглашения с Турцией». Уже в конце января стал очевиден очередной раскол в среде сирийских курдов, а сейчас и сам Сипан Хемо 12 февраля в беседе со все тем же ливанским ТК Al Mayadeen заявлял: «Сирийским правительственным войскам следует взять на себя ответственность по защите Африна от турецкого вторжения. Командование YPG и сирийские военные осуществляют тесную координацию». Условно говоря, 4 дня переговоров в Бейруте — и пелена американо-израильских обещаний спала с глаз и командования отрядами YPG. С 18 февраля сами курды на всех уровнях твердят, что войска Асада войдут в Африн для «отражения наступления Турции» и «будут развернуты вдоль некоторых пограничных с Турцией территорий» уже в ближайшие двое суток. С 19 февраля все заинтересованные источники, в том числе и сирийское правительственное агентство SANA и сирийское гостелевидение, утверждали, что сирийская правительственная армия вступит в Африн уже «в ближайшие часы». При этом все тот же советник Бадран Чия Курд, а также Сипан Хемо, говорят, что договоренность между YPG и Дамаском носит «строго военный характер», без уточнения каких-либо политических вопросов в дальнейших отношениях между правительством Сирии и сирийскими курдами. Для Турции явно что-то сломалось в ее привычном механизме восприятия реалии. И хотя 19 февраля министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу заявил, что Анкара «не выступает против ввода сирийских правительственных сил в Африн, если они будут бороться с терроризмом» и снова подчеркнул, что Турция против дробления Сирии, на самом деле турки выступили с угрозой сорвать формат сотрудничества Дамаска и афринских курдов. Более того, Чавушоглу уже угрожает и прямой войной с Сирией: «Важна причина, ради которой в этот регион войду силы режима [президента Асада — прим.]. Если для борьбы с PKK, то у нас с этим проблем не возникнет. Но если для защиты отрядов YPG от нас, то Турцию и турецких солдат никто не остановит… Это действительно также для Манбиджа и территории к востоку от Евфрата». Вопрос — а если по сирийским законам, даже если оперативно по решению суда признают PKK «террористической организацией», те же партия PYD и отряды YPG не будут считаться «террористами», но при этом ведь их члены будут являться гражданами Сирии? Разве у кого-то в мире есть право запрещать законному правительству Сирии защищать своих граждан от иностранной военной агрессии и угрозы уничтожения? Таким образом, Анкара «застолбила» за собой право продолжать военные действия — но теперь уже, видимо, под предлогом того, что Сирия «не борется с террористами», под которыми турки очень хотят видеть членов PYD и участников отрядов YPG. Также уместно предположить, что турки узнали о достижении соглашения между Дамаском и курдами Африна именно 16 февраля, а не позже. Потому что именно с 17 февраля, как сообщают международные СМИ, турецкие военные и боевики исламистской в своей основе «Свободной сирийской армии» (ССА) продолжили наступление на западном участке фронта в регионе Африн на севере Сирии. Города Джиндерес (юго-запад) и Раджу (запад) выбраны турецким командованием приоритетными целями для штурма в ближайшие дни. Оба населенных пункта турецко-исламистские силы пытаются обойти с южного направления». 17 февраля при поддержке турецкой артиллерии, бронетехники и спецназа боевики ССА смогли продвинуться южнее Джиндереса, захватить село Диван Тахтани и высоту Джебель Калаат. 18 февраля после ударов турецкой артиллерии и авиации боевики группировки «Аль-Хамза» («спецназ» ССА) смогли пробиться южнее города и ж/д станции Раджу. Под контроль исламистов перешли селения Дарвиш, Хаджканли Фокани и Хаджканли Тахтани. Помимо наступления на западном фронте, совместная группировка турецких войск и ССА 18 февраля пытались атаковать также на севере. Активные обмены минометно-артиллерийскими ударами и перестрелки зафиксированы в районе города Бюльбюль. То есть — сведения об ожидающемся возвращении Африна под юрисдикцию Сирии только подстегнули Турцию и пресловутую «умеренную сирийскую оппозицию», хотя, казалось бы, переход участка совместной границы в руки сил Асада лишал бы всякого смысла продолжение операции «Оливковая ветвь». Иными словами, этим наступлением, начатым 17 февраля, турки еще раз доказали, что их цель — это все-таки не борьба с террористами и даже не борьба с курдами, речь идет о турецком контроле над конкретными территориями. А еще одним косвенным доказательством стали сведения о том, что Анкара предложила США «совместными усилиями» контролировать чуть ли не все территории Северной Сирии. А что? — вполне уместно, учитывая, где стоят американцы. Не регулярная армия, а проправительственные силы Близок к истине обозреватель М. Юсин, утверждающий, что при любом раскладе возникнет ряд вопросов: «Во-первых, как Анкара и Дамаск будут делить Африн, по какому рубежу проведут демаркационные линии между вооруженными силами двух государств. Нельзя исключать, что Башар Асад будет требовать полного вывода турецких войск с сирийской территории, а Реджеп Тайип Эрдоган откажется на это пойти. Ведь тогда получается, что все жертвы в ходе операции «Оливковая ветвь» были напрасными, а турецкие солдаты отвоевали Африн для президента Сирии. Во-вторых, турки наверняка потребуют гарантий, чтобы контроль Дамаска над курдскими районами не будет чисто номинальным, и что структуры, которые в Анкаре считают террористическими и связанными с сепаратистами, прекратят свою «подрывную» деятельность. А с этим могут возникнуть проблемы, так как именно эти структуры и управляют сегодня Сирийским Курдистаном. Полностью их демонтировать у Башара Асада нет ни сил, ни средств, ни желания». Юсин предполагает: «Сирийский Курдистан окажется поделенным между двумя действующими в стране коалициями. Его западная, меньшая часть (Африн) перейдет в зону ответственности Дамаска и Москвы, тогда как основная территория на востоке (Манбидж) по-прежнему останется фактически под контролем США и их союзников. И если после Африна внимание президента Эрдогана удастся переключить на эти районы (а он неоднократно обещал «навести порядок» в Манбидже), для Москвы и Дамаска это был бы оптимальный вариант». Но это реализуемо лишь в том случае, если мы вдруг начнем все концентрировать (как и делают ошибочно многие) исключительно по линии взаимоотношений Сирия-Россия. А вот теперь вернемся к тому, почему переговоры Дамаска с курдами шли в Бейруте. И что, вообще, творилось в последние дни вокруг Сирии и курдов. В связи с этим обращаем внимание на то, что передавали о соглашении Дамаска с курдами два российских информагентства 19 февраля. Interfax: «Проправительственные сирийские формирования «в течение нескольких часов» войдут на территорию района Африн…». Еще сенсационней — РИА Новости: «Бойцы сирийских народных сил (СНС) в ближайшие часы разместятся в Африне для противодействия турецким войскам и поддержки курдов…», ссылка на агентство SANA и бейрутские источники. Эксперты в США, Израиле, да и в России, видимо, позабыли, что в 2014 г., причем с трибуны ООН, лично президент РФ Владимир Путин признал, что основной воюющей силой «в поле» в Сирии являются… самые разнообразные и многочисленные шиитско-алавитские ополчения. Перипетии всяких «женевских форматов» с «астанинским процессом», а сейчас — и Сочинскими саммитами президентов, постоянные «накачки» на ситуацию со стороны США и Израиля, казалось, стерли из памяти мировой общественности непреложный факт — еще в начале террористической агрессии, по инициативе не только властей Сирии, но и инициативных групп «на местах», были созданы Сирийские народные силы. И, кстати, в СНС входят и ряд организаций сирийских курдов. Кроме них туда изначально входили: 1) армянское ополчение; 2) алавитские и сугубо шиитские ополченческие организации; 3) арабские христианские милиции; 4) друзские народные милиции; 5) отряды ополчения лагеря палестинских беженцев «Ярмук». Позже к ним присоединились — 6) ассиро-арамейские ополченцы; 7) ополчения ряда бедуинских племен Сирийской пустыни. Так что же — в Африн войдут или уже вступают некие совместные соединения всех народных ополчений и милиций Сирии, а не сирийская правительственная армия? Развитие событий уточнит для нас, так ли это. По нашему мнению, при наличии гарнизонов правительственной армии даже в регионах Северной Сирии, где курды YPG продолжают оставаться «под опекой» и под командованием США и Израиля, в Африн для Дамаска выгодно отправить, в том числе и с точки зрения конструирования будущей внутриполитической консолидации, именно таких проправительственных сил, а не регулярной армии. И к этому предположению подталкивает также еще одно сообщение от 19 февраля. Последние две недели по периметру анклава боевиков-исламистов в Восточной Гуте под Дамаском сосредотачиваются силы сирийских правительственных войск. 16 февраля сюда прибыл командующий спецназом «Тигр» ВС Сирии Сухейль аль-Хасан. По свидетельствам многих местных источников, вместе с «тиграми» в Дамаск прибыли подразделения российского спецназа (предположительно, Сил специальных операций), пишет российский портал «Военный Обозреватель». 18 февраля армейская артиллерия начала наносить удары по позициям исламистских группировок в Айн-Терма, Бейт-Сава, Месраба и других районов Восточной Гуты. Обстрелы стихли только к ночи, наступление пока не началось. В ожидаемой операции, помимо спецназа «Тигр», предполагается участие 1-й и 9-й танковых, 4-й механизированной дивизии, а также подразделений 14-й дивизии армейского спецназа, 104-й, 105-й и 106-й бригад Республиканской гвардии ВС Сирии. Напомним, в Восточной Гуте соглашением России, Ирана и Турции от 4 мая 2017 г. создана одна из четырех зон деэскалации в Сирии. Все прошедшие месяцы напряженность вокруг этой зоны деконфликтации не спадала. К концу прошлого года ситуация вокруг Гуты приняла угрожающий характер, перемирие здесь действует лишь формально. Но в то же время, состояние регулярной армии Сирии сейчас не таково, чтобы одновременно проводить две широкомасштабные армейские операции — освобождение пригорода Восточная Гута под Дамаском и освобождение Африна. Следовательно, в Африн точно пойдут именно отряды СНС. А это значит — широчайшая поддержка со стороны отрядов ливанской партии «Хезболлах», и вот она, причина переговоров курдов с Дамаском в Бейруте. Именно «Хезболлах» выступила посредником, именно с этой ливанской партией тесно сотрудничают и сирийские СНС. А вот и еще одна линия, также «таинственным образом» завязанная на Бейруте. В статье, опубликованной 13 февраля в ливанской газете «Аль-Ахбар», автор считает, что США стремятся построить военную базу в Ираке вблизи границы с Ираном. Вашингтон стремится построить военную базу в регионах, где есть Народные мобилизационные силы [т.е. «Аль-Хашд аш-Шааби» — прим.], чтобы ограничить сферу их влияния, пишет газета. Ранее пресс-секретарь Пентагона Эрик Багон заявил, что США не намерены выводить свои вооруженные силы из Ирака. Он добавил, что в Ираке насчитывается 5200 американских военнослужащих, что подтверждается Багдадом. Однако Пентагон скрыл реальное количество американских войск в Ираке, утверждала ливанская газета. Основываясь на информации, предоставленной Народными мобилизационными силами и секретарем организации «Asa'ib Ahl al-Haq» Кайсом Хазали, на 10 базах в Ираке насчитывается более 7500 военнослужащих США. Мохаммад Мохи, представитель иракских бригад «Хезболлах», сказал, что в Ираке насчитывается более 10 военных баз США, 5 из которых находятся в Курдистане, и США намерены построить новые базы в регионе. Существенную тонкость сообщила газета «Аль-Ахбар» — оказывается, и в Ираке уже есть своя «Хезболлах». Обращаем также внимание на сообщение из Багдада от 16 февраля, т. е. в день, когда курды Африна и Дамаск достигли договоренностей. Глава комитета «Аль-Хашд аш-Шааби» Фале аль-Файяд на пресс-конференции заявил, что его страна сотрудничает с Ираном, Россией и Сирией в вопросах безопасности, сообщало Fars News: «В Ираке сотрудничество в области безопасности с Ираном, Россией и Сирией — это основа Координационного центра. Центр безопасности координирует сотрудничество между четырьмя странами в области разведки и обеспечения безопасности». Fars News подчеркивало, что его слова прозвучали спустя несколько дней после того, как 4-сторонний разведцентр Ирана, России, Ирака и Сирии провел встречу в Багдаде для расширения сотрудничества в борьбе с терроризмом. Стороны также подчеркнули необходимость расширения сотрудничества в борьбе с террористами не только ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), но и «другими террористическими группами». Во время встречи генерал аль-Алак предупредил о новых шагах террористической группировки ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и других террористов по созданию новых террористических групп. А военный атташе Ирана в Багдаде Мостафа Морадян сказал, что одним из важнейших мероприятий Центра является представление информации о террористах в Ираке и Сирии для иракских и других союзнических сил. Фале аль-Файяд указал также на готовность оказать помощь сирийскому народу. Как ни покажется странным, но рассмотрение сегодняшних подробностей вокруг Африна возвращает… к американским ударам 7−8 февраля по «проправительственным силам» Сирии и якобы «гибели сотен российских наемников», как врали американские и, скажем, украинские СМИ. Основываясь на заявлениях Генштаба МО РФ, Пентагона, российских и американских дипломатов, обзорах итальянской, турецкой и пакистанской прессы, можно прийти к следующему выводу, отмечает обозреватель Валерий Усачев: группа курдов, скорей всего из YPG, сторожившая нефтепереработки, решили сдать объект сирийским ополченцам. Об этом узнала разведка США или Израиля и, не мудрствуя лукаво, янки дождались, пока части «союзников» и «противников» вошли в имитацию боя, после чего накрыли всех артиллерий и авиацией. Информация о поднятых в воздух В-52 вполне может быть правдивой, но не так, как ее преподнесли. Стратегический бомбардировщик не гоняется по пустыне за каждым БТР или пехотинцем. А вот разнести укрепрайоны очень даже в состоянии. Чтобы скрыть удар по тем силам, которые американцы вроде как пестуют, была запущена пиарщина о «ЧВК Вагнера» и «массовых потерях», отметил Усачев. Хотя присутствие в Сирии каких-то «военспецов», добровольцев и т.д. из России, как и их потери, глупо отрицать и исключать. Факт состоит в том, что попытка заставить курдов силой подчиниться диктату США с треском провалилась. Потворствуя Турции в Африне, американцы сами толкнули курдов в объятия Сирии и шиитских сил. Сирийские курды, трезво взвесив свои силы, идут к Асаду на его условиях. Пентагон и Госдепартамент пока отмалчиваются. Видимо, строят планы, как бы еще по «союзникам» врезать, чтоб обратно перетянуть курдов. А вот Дамаск уже делает заявление: «Договоренность достигнута о распространении сирийских войск в ближайшие дни на сирийско-турецкой границе в Африне на севере Алеппо. Договоренность достигнута между сирийским правительством и курдами». Сейчас основной вопрос — это насколько угроза Чавушоглу бить уже по иррегулярным СНС Сирии реальна. Насколько Анкара готова и желает столкнуться с фанатичным желанием и готовностью этого конгломерата ополчений и народных милиций вообще вытолкнуть турок из Сирии? — а ведь у таких ополченцев, как армяне, иные христиане, со словом «Турция» вообще много чего из памяти веков связано. Парадокс в том, что, если вместе с подразделениями СНС, в Африн войдет хотя бы и одно регулярное подразделение сирийской армии, в случае удара по нему турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган рискует отношениями с Россией, а в случае удара по хотя бы одному шиитскому или алавитскому ополчению — риск гораздо больше, чем просто ухудшение отношений с Ираном. Риск Анкары и Вашингтона — розыгрышем карты «операция против курдских террористов», оказался неоправданным: курды отрядов YPG из состава SDF, все-таки, довольно быстро «переориентировались». Но вслед за Африном, Сирия и шииты региона потребуют ввода сил СНС и в провинции Эль-Хассеке, Эль-Камышлы, Дэйр-эз-Зор и Ракка. А не свернуть «Оливковую ветвь» Эрдоган уже не может — поэтому в ход идет угроза распространить войну на саму Сирию. Если у Анкары расчет на то, что США «по старой памяти» вступятся за «младшего партнера по НАТО», то на этот случай есть заявление от 19 февраля министра иностранных дел России Сергея Лаврова на конференции международного дискуссионного клуба «Валдай» «Россия на Ближнем Востоке: игра на всех полях». Он обвинил США в попытках расчленить Сирию, о чем свидетельствуют действия этой страны к востоку от Евфрата, на границах Сирии с Ираком и с Турцией. «Мне кажется, что заверения наших американских коллег о том, что их единственной целью в Сирии является борьба с ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и сохранение территориальной целостности, нуждаются в подтверждении конкретными делами. Я еще раз призываю наших американских коллег не играть с огнем и выверять свои шаги, исходя не из немедленных потребностей сегодняшней политической конъюнктуры, а скорее из долгосрочных интересов сирийского народа и всех народов этого региона, включая, конечно же, курдов, будь то Сирия, будь то Ирак,

 

Сергей Шакарянц, 20 февраля 2018, 08:39 — REGNUM  
 
Интенсивные переговоры между курдскими ополченцами Африна в лице их командования «Отрядами народной самообороны» (YPG) и центральным правительством Сирии, которые, видимо, начались еще в первые дни турецкой агрессии под названием «Оливковая ветвь», дали неожиданный результат. Впервые о том, что курды Африна и Дамаск достигли все-таки соглашения и вскоре в Африн вступят некие сирийские силы, было сообщено не 18 февраля, а двумя днями раньше. 16 февраля появилось такое сообщение: «По сведениям ливанского телеканала Al Mayadeen, договоренность между Асадом и правительством Африна достигнута. Район будет занят сирийскими войсками».
 
Почему об этом первым сообщил именно ливанский телеканал, станет понятно чуть позже. Хотя известно, что курды в немалом количестве проживают и в Ливане, что именно в ливанской долине Бекаа десятилетия напролет находятся главные базы Курдской рабочей партии (PKK), якобы из-за которой Турция развязала агрессию против Африна, и т.д., и т.п. Так что вполне достоверным выглядит версия, что изначально переговоры между властями Сирии и курдами Африна были намечены именно в Бейруте — благо, что в итоге и курды PKK прибыли в Африн на выручку своим соплеменникам.
 
Не раз и не два различными экспертами указывалось, что, наслушавшись обещаний от США и Израиля, курды регионов Рожава, Джазира и Африн оказались между двух огней. Анкара им спуску не дает, а американцы показали себя не лучшими союзниками. Имея все рычаги, чтобы предотвратить турецкое нападение, американцы на деле признали право Турции «защищать себя от терроризма», хотя те же отряды YPG — союзники американцев по так называемому «Союзу демократических сил» (SDF) Сирии и составляют основу вооруженных формирований SDF. В итоге, как известно, американцы запретили бойцам других отрядов YPG — в особенности из местностей, которые в Сирии контролируются американцами и курдами совместно (а это и Эль-Камышлы, и частично Эль-Хассеке, и Манбидж, и Эр-Ракка, и др.) идти на помощь афринским курдам. Но, признавая вслед за Анкарой партию PKK «террористической организацией», США ни одного решения никогда не принимали о том, что участвующая в обороне Африна курдская партия «Демократического союза» (PYD) — это, как выражаются турки, «аффилированная структура PKK». И то, что американцы «слили» Африн, а заодно и курдов из YPG и PYD, не вызывало сомнений с самого начала даже не операции «Оливковая ветвь», а предварительных турецких ракетных и артобстрелов Африна.
 
Каким образом нетеррористы-курды из сирийских YPG и PYD подходят под определение «террористическая организация PKK» — тут, видимо, следует допросить с пристрастием тех американских и израильских «советников» и «инструкторов», которые обучали курдские пешмерга отмеченных организаций методам борьбы с группировками типа «Исламское государство» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), «Джебхат ан-Нусра», «Джеиш аль-Ислам» и др.
 
В конце января советник руководства курдской партии PYD Сиханок Дибо сообщал, что Россия предлагала проамериканским курдам из SDF сдать район Африн правительственным силам Башара аль-Асада для предотвращения турецкой агрессии. По словам Дибо, курдов это не устроило, поскольку оно «никак не способствует решению сирийского конфликта». О том, что Россия предлагала курдам Африна перейти под контроль Дамаска, чтобы защититься от Турции, также сообщало и агентство Associated Press со ссылкой на трех представителей курдских YPG. Советник «регионального правительства Африна» Бадран Чия Курд рассказал тогда агентству, что требования Москвы носили ультимативный характер: либо Турция начнет военную операцию, либо надо передать Африн Дамаску.
 
Первым опомнился сам лидер партии PYD Салех аль-Муслим, который в конце января откровенно обвинил США в предательстве. И это несмотря на то, что главком отрядами YPG Сипан Хемо через 2 дня после начала турецкой агрессии назвал Россию «беспринципным государством» за ее позицию в отношении турецкого вторжения: «У нас были некоторые договоренности с Россией, но она нас предала, проигнорировав эти соглашения. Россия — страна-торговец. Видимо, они заключили какие-то соглашения с Турцией».
 
Уже в конце января стал очевиден очередной раскол в среде сирийских курдов, а сейчас и сам Сипан Хемо 12 февраля в беседе со все тем же ливанским ТК Al Mayadeen заявлял: «Сирийским правительственным войскам следует взять на себя ответственность по защите Африна от турецкого вторжения. Командование YPG и сирийские военные осуществляют тесную координацию». Условно говоря, 4 дня переговоров в Бейруте — и пелена американо-израильских обещаний спала с глаз и командования отрядами YPG.
 
С 18 февраля сами курды на всех уровнях твердят, что войска Асада войдут в Африн для «отражения наступления Турции» и «будут развернуты вдоль некоторых пограничных с Турцией территорий» уже в ближайшие двое суток. С 19 февраля все заинтересованные источники, в том числе и сирийское правительственное агентство SANA и сирийское гостелевидение, утверждали, что сирийская правительственная армия вступит в Африн уже «в ближайшие часы». При этом все тот же советник Бадран Чия Курд, а также Сипан Хемо, говорят, что договоренность между YPG и Дамаском носит «строго военный характер», без уточнения каких-либо политических вопросов в дальнейших отношениях между правительством Сирии и сирийскими курдами.
 
Для Турции явно что-то сломалось в ее привычном механизме восприятия реалии. И хотя 19 февраля министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу заявил, что Анкара «не выступает против ввода сирийских правительственных сил в Африн, если они будут бороться с терроризмом» и снова подчеркнул, что Турция против дробления Сирии, на самом деле турки выступили с угрозой сорвать формат сотрудничества Дамаска и афринских курдов. Более того, Чавушоглу уже угрожает и прямой войной с Сирией: «Важна причина, ради которой в этот регион войду силы режима [президента Асада — прим.]. Если для борьбы с PKK, то у нас с этим проблем не возникнет. Но если для защиты отрядов YPG от нас, то Турцию и турецких солдат никто не остановит… Это действительно также для Манбиджа и территории к востоку от Евфрата». Вопрос — а если по сирийским законам, даже если оперативно по решению суда признают PKK «террористической организацией», те же партия PYD и отряды YPG не будут считаться «террористами», но при этом ведь их члены будут являться гражданами Сирии? Разве у кого-то в мире есть право запрещать законному правительству Сирии защищать своих граждан от иностранной военной агрессии и угрозы уничтожения?
 
Таким образом, Анкара «застолбила» за собой право продолжать военные действия — но теперь уже, видимо, под предлогом того, что Сирия «не борется с террористами», под которыми турки очень хотят видеть членов PYD и участников отрядов YPG. Также уместно предположить, что турки узнали о достижении соглашения между Дамаском и курдами Африна именно 16 февраля, а не позже. Потому что именно с 17 февраля, как сообщают международные СМИ, турецкие военные и боевики исламистской в своей основе «Свободной сирийской армии» (ССА) продолжили наступление на западном участке фронта в регионе Африн на севере Сирии. Города Джиндерес (юго-запад) и Раджу (запад) выбраны турецким командованием приоритетными целями для штурма в ближайшие дни. Оба населенных пункта турецко-исламистские силы пытаются обойти с южного направления». 17 февраля при поддержке турецкой артиллерии, бронетехники и спецназа боевики ССА смогли продвинуться южнее Джиндереса, захватить село Диван Тахтани и высоту Джебель Калаат. 18 февраля после ударов турецкой артиллерии и авиации боевики группировки «Аль-Хамза» («спецназ» ССА) смогли пробиться южнее города и ж/д станции Раджу. Под контроль исламистов перешли селения Дарвиш, Хаджканли Фокани и Хаджканли Тахтани. Помимо наступления на западном фронте, совместная группировка турецких войск и ССА 18 февраля пытались атаковать также на севере. Активные обмены минометно-артиллерийскими ударами и перестрелки зафиксированы в районе города Бюльбюль.
 
То есть — сведения об ожидающемся возвращении Африна под юрисдикцию Сирии только подстегнули Турцию и пресловутую «умеренную сирийскую оппозицию», хотя, казалось бы, переход участка совместной границы в руки сил Асада лишал бы всякого смысла продолжение операции «Оливковая ветвь». Иными словами, этим наступлением, начатым 17 февраля, турки еще раз доказали, что их цель — это все-таки не борьба с террористами и даже не борьба с курдами, речь идет о турецком контроле над конкретными территориями. А еще одним косвенным доказательством стали сведения о том, что Анкара предложила США «совместными усилиями» контролировать чуть ли не все территории Северной Сирии. А что? — вполне уместно, учитывая, где стоят американцы.
 
Не регулярная армия, а проправительственные силы
 
Близок к истине обозреватель М. Юсин, утверждающий, что при любом раскладе возникнет ряд вопросов: «Во-первых, как Анкара и Дамаск будут делить Африн, по какому рубежу проведут демаркационные линии между вооруженными силами двух государств. Нельзя исключать, что Башар Асад будет требовать полного вывода турецких войск с сирийской территории, а Реджеп Тайип Эрдоган откажется на это пойти. Ведь тогда получается, что все жертвы в ходе операции «Оливковая ветвь» были напрасными, а турецкие солдаты отвоевали Африн для президента Сирии. Во-вторых, турки наверняка потребуют гарантий, чтобы контроль Дамаска над курдскими районами не будет чисто номинальным, и что структуры, которые в Анкаре считают террористическими и связанными с сепаратистами, прекратят свою «подрывную» деятельность. А с этим могут возникнуть проблемы, так как именно эти структуры и управляют сегодня Сирийским Курдистаном. Полностью их демонтировать у Башара Асада нет ни сил, ни средств, ни желания». Юсин предполагает: «Сирийский Курдистан окажется поделенным между двумя действующими в стране коалициями. Его западная, меньшая часть (Африн) перейдет в зону ответственности Дамаска и Москвы, тогда как основная территория на востоке (Манбидж) по-прежнему останется фактически под контролем США и их союзников. И если после Африна внимание президента Эрдогана удастся переключить на эти районы (а он неоднократно обещал «навести порядок» в Манбидже), для Москвы и Дамаска это был бы оптимальный вариант».
 
Но это реализуемо лишь в том случае, если мы вдруг начнем все концентрировать (как и делают ошибочно многие) исключительно по линии взаимоотношений Сирия-Россия. А вот теперь вернемся к тому, почему переговоры Дамаска с курдами шли в Бейруте. И что, вообще, творилось в последние дни вокруг Сирии и курдов. В связи с этим обращаем внимание на то, что передавали о соглашении Дамаска с курдами два российских информагентства 19 февраля. Interfax: «Проправительственные сирийские формирования «в течение нескольких часов» войдут на территорию района Африн…». Еще сенсационней — РИА Новости: «Бойцы сирийских народных сил (СНС) в ближайшие часы разместятся в Африне для противодействия турецким войскам и поддержки курдов…», ссылка на агентство SANA и бейрутские источники.
 
Эксперты в США, Израиле, да и в России, видимо, позабыли, что в 2014 г., причем с трибуны ООН, лично президент РФ Владимир Путин признал, что основной воюющей силой «в поле» в Сирии являются… самые разнообразные и многочисленные шиитско-алавитские ополчения. Перипетии всяких «женевских форматов» с «астанинским процессом», а сейчас — и Сочинскими саммитами президентов, постоянные «накачки» на ситуацию со стороны США и Израиля, казалось, стерли из памяти мировой общественности непреложный факт — еще в начале террористической агрессии, по инициативе не только властей Сирии, но и инициативных групп «на местах», были созданы Сирийские народные силы. И, кстати, в СНС входят и ряд организаций сирийских курдов. Кроме них туда изначально входили: 1) армянское ополчение; 2) алавитские и сугубо шиитские ополченческие организации; 3) арабские христианские милиции; 4) друзские народные милиции; 5) отряды ополчения лагеря палестинских беженцев «Ярмук». Позже к ним присоединились — 6) ассиро-арамейские ополченцы; 7) ополчения ряда бедуинских племен Сирийской пустыни.
 
Так что же — в Африн войдут или уже вступают некие совместные соединения всех народных ополчений и милиций Сирии, а не сирийская правительственная армия? Развитие событий уточнит для нас, так ли это. По нашему мнению, при наличии гарнизонов правительственной армии даже в регионах Северной Сирии, где курды YPG продолжают оставаться «под опекой» и под командованием США и Израиля, в Африн для Дамаска выгодно отправить, в том числе и с точки зрения конструирования будущей внутриполитической консолидации, именно таких проправительственных сил, а не регулярной армии.
 
И к этому предположению подталкивает также еще одно сообщение от 19 февраля. Последние две недели по периметру анклава боевиков-исламистов в Восточной Гуте под Дамаском сосредотачиваются силы сирийских правительственных войск. 16 февраля сюда прибыл командующий спецназом «Тигр» ВС Сирии Сухейль аль-Хасан. По свидетельствам многих местных источников, вместе с «тиграми» в Дамаск прибыли подразделения российского спецназа (предположительно, Сил специальных операций), пишет российский портал «Военный Обозреватель». 18 февраля армейская артиллерия начала наносить удары по позициям исламистских группировок в Айн-Терма, Бейт-Сава, Месраба и других районов Восточной Гуты. Обстрелы стихли только к ночи, наступление пока не началось. В ожидаемой операции, помимо спецназа «Тигр», предполагается участие 1-й и 9-й танковых, 4-й механизированной дивизии, а также подразделений 14-й дивизии армейского спецназа, 104-й, 105-й и 106-й бригад Республиканской гвардии ВС Сирии.
 
Напомним, в Восточной Гуте соглашением России, Ирана и Турции от 4 мая 2017 г. создана одна из четырех зон деэскалации в Сирии. Все прошедшие месяцы напряженность вокруг этой зоны деконфликтации не спадала. К концу прошлого года ситуация вокруг Гуты приняла угрожающий характер, перемирие здесь действует лишь формально. Но в то же время, состояние регулярной армии Сирии сейчас не таково, чтобы одновременно проводить две широкомасштабные армейские операции — освобождение пригорода Восточная Гута под Дамаском и освобождение Африна. Следовательно, в Африн точно пойдут именно отряды СНС. А это значит — широчайшая поддержка со стороны отрядов ливанской партии «Хезболлах», и вот она, причина переговоров курдов с Дамаском в Бейруте. Именно «Хезболлах» выступила посредником, именно с этой ливанской партией тесно сотрудничают и сирийские СНС. А вот и еще одна линия, также «таинственным образом» завязанная на Бейруте.
 
В статье, опубликованной 13 февраля в ливанской газете «Аль-Ахбар», автор считает, что США стремятся построить военную базу в Ираке вблизи границы с Ираном. Вашингтон стремится построить военную базу в регионах, где есть Народные мобилизационные силы [т.е. «Аль-Хашд аш-Шааби» — прим.], чтобы ограничить сферу их влияния, пишет газета. Ранее пресс-секретарь Пентагона Эрик Багон заявил, что США не намерены выводить свои вооруженные силы из Ирака. Он добавил, что в Ираке насчитывается 5200 американских военнослужащих, что подтверждается Багдадом. Однако Пентагон скрыл реальное количество американских войск в Ираке, утверждала ливанская газета. Основываясь на информации, предоставленной Народными мобилизационными силами и секретарем организации «Asa'ib Ahl al-Haq» Кайсом Хазали, на 10 базах в Ираке насчитывается более 7500 военнослужащих США. Мохаммад Мохи, представитель иракских бригад «Хезболлах», сказал, что в Ираке насчитывается более 10 военных баз США, 5 из которых находятся в Курдистане, и США намерены построить новые базы в регионе.
 
Существенную тонкость сообщила газета «Аль-Ахбар» — оказывается, и в Ираке уже есть своя «Хезболлах». Обращаем также внимание на сообщение из Багдада от 16 февраля, т. е. в день, когда курды Африна и Дамаск достигли договоренностей. Глава комитета «Аль-Хашд аш-Шааби» Фале аль-Файяд на пресс-конференции заявил, что его страна сотрудничает с Ираном, Россией и Сирией в вопросах безопасности, сообщало Fars News: «В Ираке сотрудничество в области безопасности с Ираном, Россией и Сирией — это основа Координационного центра. Центр безопасности координирует сотрудничество между четырьмя странами в области разведки и обеспечения безопасности». Fars News подчеркивало, что его слова прозвучали спустя несколько дней после того, как 4-сторонний разведцентр Ирана, России, Ирака и Сирии провел встречу в Багдаде для расширения сотрудничества в борьбе с терроризмом. Стороны также подчеркнули необходимость расширения сотрудничества в борьбе с террористами не только ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), но и «другими террористическими группами». Во время встречи генерал аль-Алак предупредил о новых шагах террористической группировки ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и других террористов по созданию новых террористических групп. А военный атташе Ирана в Багдаде Мостафа Морадян сказал, что одним из важнейших мероприятий Центра является представление информации о террористах в Ираке и Сирии для иракских и других союзнических сил. Фале аль-Файяд указал также на готовность оказать помощь сирийскому народу.
 
Как ни покажется странным, но рассмотрение сегодняшних подробностей вокруг Африна возвращает… к американским ударам 7−8 февраля по «проправительственным силам» Сирии и якобы «гибели сотен российских наемников», как врали американские и, скажем, украинские СМИ. Основываясь на заявлениях Генштаба МО РФ, Пентагона, российских и американских дипломатов, обзорах итальянской, турецкой и пакистанской прессы, можно прийти к следующему выводу, отмечает обозреватель Валерий Усачев: группа курдов, скорей всего из YPG, сторожившая нефтепереработки, решили сдать объект сирийским ополченцам. Об этом узнала разведка США или Израиля и, не мудрствуя лукаво, янки дождались, пока части «союзников» и «противников» вошли в имитацию боя, после чего накрыли всех артиллерий и авиацией. Информация о поднятых в воздух В-52 вполне может быть правдивой, но не так, как ее преподнесли. Стратегический бомбардировщик не гоняется по пустыне за каждым БТР или пехотинцем. А вот разнести укрепрайоны очень даже в состоянии. Чтобы скрыть удар по тем силам, которые американцы вроде как пестуют, была запущена пиарщина о «ЧВК Вагнера» и «массовых потерях», отметил Усачев. Хотя присутствие в Сирии каких-то «военспецов», добровольцев и т.д. из России, как и их потери, глупо отрицать и исключать.
 
Факт состоит в том, что попытка заставить курдов силой подчиниться диктату США с треском провалилась. Потворствуя Турции в Африне, американцы сами толкнули курдов в объятия Сирии и шиитских сил. Сирийские курды, трезво взвесив свои силы, идут к Асаду на его условиях. Пентагон и Госдепартамент пока отмалчиваются. Видимо, строят планы, как бы еще по «союзникам» врезать, чтоб обратно перетянуть курдов. А вот Дамаск уже делает заявление: «Договоренность достигнута о распространении сирийских войск в ближайшие дни на сирийско-турецкой границе в Африне на севере Алеппо. Договоренность достигнута между сирийским правительством и курдами».
 
Сейчас основной вопрос — это насколько угроза Чавушоглу бить уже по иррегулярным СНС Сирии реальна. Насколько Анкара готова и желает столкнуться с фанатичным желанием и готовностью этого конгломерата ополчений и народных милиций вообще вытолкнуть турок из Сирии? — а ведь у таких ополченцев, как армяне, иные христиане, со словом «Турция» вообще много чего из памяти веков связано. Парадокс в том, что, если вместе с подразделениями СНС, в Африн войдет хотя бы и одно регулярное подразделение сирийской армии, в случае удара по нему турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган рискует отношениями с Россией, а в случае удара по хотя бы одному шиитскому или алавитскому ополчению — риск гораздо больше, чем просто ухудшение отношений с Ираном.
 
Риск Анкары и Вашингтона — розыгрышем карты «операция против курдских террористов», оказался неоправданным: курды отрядов YPG из состава SDF, все-таки, довольно быстро «переориентировались». Но вслед за Африном, Сирия и шииты региона потребуют ввода сил СНС и в провинции Эль-Хассеке, Эль-Камышлы, Дэйр-эз-Зор и Ракка. А не свернуть «Оливковую ветвь» Эрдоган уже не может — поэтому в ход идет угроза распространить войну на саму Сирию. Если у Анкары расчет на то, что США «по старой памяти» вступятся за «младшего партнера по НАТО», то на этот случай есть заявление от 19 февраля министра иностранных дел России Сергея Лаврова на конференции международного дискуссионного клуба «Валдай» «Россия на Ближнем Востоке: игра на всех полях».
 
Он обвинил США в попытках расчленить Сирию, о чем свидетельствуют действия этой страны к востоку от Евфрата, на границах Сирии с Ираком и с Турцией. «Мне кажется, что заверения наших американских коллег о том, что их единственной целью в Сирии является борьба с ИГ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и сохранение территориальной целостности, нуждаются в подтверждении конкретными делами. Я еще раз призываю наших американских коллег не играть с огнем и выверять свои шаги, исходя не из немедленных потребностей сегодняшней политической конъюнктуры, а скорее из долгосрочных интересов сирийского народа и всех народов этого региона, включая, конечно же, курдов, будь то Сирия, будь то Ирак, будь то другие страны региона», — подчеркнул Лавров. Говоря о провокационных шагах американской стороны в Сирии, глава МИД заметил, что они вовлекали в подрыв территориальной целостности Сирии подразделения курдской партии PYD, что привело к обострению отношений с Турцией.
 

 

будь то другие страны региона», — подчеркнул Лавров. Говоря о провокационных шагах американской стороны в Сирии, глава МИД заметил, что они вовлекали в подрыв территориальной целостности Сирии подразделения курдской партии PYD, что привело к обострению отношений с Турцией.